Какую роль в жизни человека играют душевные, добрые люди?

Летом 1964 года мы приехали на пятидесятилетие кабардинского писателя Алима Кешокова и на горной дороге под Эльбрусом попали в автомобильную катастрофу. Уже на самом краю пропасти каким-то чудом шофёр сумел отклонить машину вправо, и она на полном ходу врезалась в большую сосну. Мотор машины выскочил на переднее сиденье.

Самые тяжёлые раны получила сидевшая рядом с шофёром Рауза. Мы трое, находившиеся сзади, Кешоков, его сын-подросток и я, отделались незначительными ранами и ушибами. Нас тут же отвезли в расположенный по пути город Тырнауз, в больницу. У Раузы было сотрясение мозга, в нескольких местах треснул череп, потом выяснилось, что повреждён и позвоночник. Около недели она не приходила в сознание.

Трагедия случилась под вечер. Ещё засветло Первый секретарь Тимбора Мальбахов и Председатель Совета Министров Ахаков на вертолёте привезли опытных врачей. Но к тому времени тамошний молодой хирург Хасанби уже закончил операцию. А на следующий день Мальбахов из Кисловодска и Ростова доставил известных хирургов. Высокие специалисты работу Хасанби похвалили. Хоть ещё и молодой, но специалист он был уже опытный. Горняков, покалечившихся на выработках неподалёку от Тырнауза, альпинистов, сорвавшихся со скалы, путников, попавших на извилистых горных дорогах в автомобильную аварию, многих он от гибели спас, починил, подлатал, поставил на ноги.

Новой операции не потребовалось. Больше месяца рядом с нами был представитель правительства из Нальчика. Мальбахов и сам звонил три-четыре раза, каждый раз интересовался: «Что нужно? Скажите, всё сделаем». Из родной же Уфы, из областного комитета был всего один звонок. Потом Зия Нуриевич меня же отругал: «Ты же им сказал, дескать, большой беды нет, самочувствие нормальное, мы и успокоились. Ты зачем соврал?»

— Я соврал, а ты бы не верил.

Кайсын Кулиев, загрузившись овощами-фруктами, на голубой своей «Волге» из Нальчика, за 120 километров, то и дело наезжал. Привезённых им гостинцев хватало на всех пациентов этой небольшой больницы.

— У тебя же свои дела есть. Реже будешь приезжать — я не обижусь, — сказал я.

— Сейчас у меня главное дело — вы. Других забот нет, — ответил он.

Дважды за это время из Махачкалы приезжал Расул Гамзатов — узнать, как тут мы.

В тот злосчастный день Расул и Патимат, приехавшие на юбилей Кешокова, уговаривали нас с Раузой, чтобы вместо Эльбруса мы поехали с ними в Махачкалу, в гости, очень настаивали. Но не уговорили. Видно, беда, поджидавшая нас на склонах Эльбруса, тянула к себе. Даже попытка Расула удержать нас не одолела её притяжения.

Недели не прошло, к нам в Тырнауз приехала молодая красивая женщина. По земле ли прошла, с неба ли спустилась артистка русского театра в Нальчике. Дочь Башкирии. Прежде мы друг друга не знали, знакомы не были. Услышав о нашей беде, мужа, дом, работу, всякие заботы оставила и поспешила к нам. «Простите, поздно узнала, меня дома не было. Я за вами ухаживать приехала», — просто сказала она. И стала смотреть за Раузой лучше любой медсестры и поставила её на ноги.

В этом и жизнь: сама принесёт человеку беду — и сама же найдёт душевных людей, которые помогут эту беду одолеть.

А мир без них, бед и злосчастий, не бывает.

(По М. Кариму)