Факультет ненужных вещей

Факультет ненужных вещей
Журфак МГУ готовит журналистов, решительно не пригодных для работы.


Александр Тимофеевский,
журнал «Эксперт», 2005 год.


Некоторое время назад сайту Globalrus нужно было найти двух сотрудников. Откуда их взять? Мы дали объявление в Сети. И оно сработало. Нам позвонили, написали, пришли, постучав в дверь, двадцать восемь, как помнится, человек. Из них девятнадцать никуда не годились. Все они - уж так совпало - оказались студентами или выпускниками факультета журналистики МГУ. И нам стало даже интересно. Мы принялись задавать вопросы и получать ответы: так родилось это скромное самопальное исследование, решительно не претендующее ни на какую научность, ни на какую исчерпанность. Еще мы позвонили коллегам-редакторам и выяснили, что они мучаются теми же проблемами. Среди известных сегодня журналистов выпускников журфака практически нет.


Будущие работники

Все студенты факультета журналистики МГУ считают место своего обучения "престижным", а получаемое образование "хорошим общегуманитарным". И гордо резюмируют: "Фактически это филологическое, лингвистическое образование, оно действительно великолепное". При этом честно жалуются на недостаток профпредметов, относящихся собственно к журналистскому ремеслу: от четырех до пяти процентов учебной программы. "Журфак - это противоестественный факультет", - говорят они с каким-то задором, с неизменным почтением отзываясь о качестве своего общегуманитарного образования.

Редакторы, впрочем, полагают иначе. "У них беда с общей эрудицией, - кривился в разговоре со мной выпускающий одной газеты. - Начинаешь проверять уровень общих знаний - и хватаешься за голову: 'Войну и мир' никто из них на самом деле не читал. Но и своего заветного они тоже не знают. Одна девочка пришла к нам устраиваться экономическим обозревателем, и ее попросили для начала перечислить основные мировые валюты. Она же в обменник ходит, как мы ходили в булочную. Но на вопрос не ответила: дошла до трех и запнулась. Была изгнана и удалилась, негодуя, так и не поняв, где оплошала. Я уж молчу про элементарную неграмотность, бесконечные 'этот фильм понравиться модному зрителю', 'симпотичная артистка' и прочие прелести от отдела культуры".

Будем, однако, объективны. Отделы культуры - это уходящая натура, больше четырех мировых валют ни в одном обменнике не сыщешь, а Льва Толстого не сыщешь нигде в принципе. То, чего нет в телевизоре, не существует в природе. Все опрошенные нами журфаковцы себя под "ящиком" чистят. Образцом для подражания они называют Малахова, Агалакову, Диброва и, конечно же, Парфенова. И вообще, какая "Война и мир"? - нерасторопный девятнадцатый век сто лет как кончился, мы живем в бурную эпоху интернета.

Но вот тут начинается самое удивительное.

Высочайшие темпы работы, необходимые сегодня в новостных сетевых СМИ, - неодолимый Эверест для них. Горький парадокс: самое интернетизированное поколение, дни и ночи напролет проводящее в Сети, совершенно не способно пользоваться этой самой Сетью профессионально. Создается впечатление, что интернет на журфаке остался незамеченным. Интернет-СМИ там относятся к категории "модная экзотика", им читают пару коротких спецкурсов, и все. При том что вся бумажная пресса использует Сеть как основной источник информации, пользоваться интернетом почти никто не умеет, искать информацию не в состоянии.

Отношение к Сети как к рабочему ресурсу отсутствует, это привычное развлечение и только. Соединяясь с нулевой корпоративной этикой, такой подход дает волшебные результаты: получив доступ к служебному интерфейсу крупного интернет-издания, практикантка по собственной инициативе невозмутимо опубликовала в качестве передовицы свой материал, абсолютно невероятный по количеству фактических и грамматических ошибок и несоответствию формату ресурса. Что такое форматы, они не понимают, не ведают вовсе. Поэтому постижение структуры отдельно взятого СМИ для них еще труднее, чем чтение "Войны и мира". Журфаковцы оказываются не в силах оценить приоритеты и значимость новостей, уловить взаимосвязь событий, не говоря уж о том, чтобы ответить на вопрос "почему?". Они не могут провести границы между комментарием и новостным материалом с бэкграундом, разговор про "разные журналистские жанры" повергает их в ступор. "Слишком много ненужной информации на мою бедную голову", - горестно вздохнул пришедший к нам соискатель, и сам, не дождавшись ничьих просьб, удалился в поисках лучшей доли.

Это, собственно, ключевая фраза: "Слишком много ненужной информации". Информация - вообще вещь ненужная. Таким оказывается итог пятилетнего обучения на журфаке. Удивительно, как культ Парфенова мирно уживается с презрением к информационной журналистике. Словосочетание это резало им слух, оскор:)ло их чувства. "Деградация", - отвечали они, морщась. Несколько человек потрясли нас одной и той же, гладкой, как из учебника, фразой: "Информационная журналистика оправданна как избирательный подход к фактам, позволяющий влиять на общественное мнение и задействовать манипулятивные возможности современных СМИ".

А может, эта фраза и впрямь была из учебника?


Нынешние работодатели

Редакторы известных мне СМИ журфаковцев берут на работу с крайней неохотой. "Из шестидесяти выпускников журфака пригодны к работе двое", - жаловался редактор одного еженедельника. Большинство работодателей не обращают никакого внимания на диплом претендента или даже открыто предпочитают лиц с максимально удаленным от журналистики образованием. Это требование формулируется буквально: крупный сетевой ресурс дал недавно объявление о вакансии, которое гласило: "На должность редактора общественно-политических новостей требуется человек с профильным образованием (Физтех, МАИ)". Журфаковцы заработали твердую, неколебимую репутацию. Все знают, что в графе "Ожидания по зарплате" у них стоят цифры с алогичным числом нулей. Оправившись от первого смущения, редактор заглядывает в графу "Какую должность вы хотели бы занимать?". Никто не желает становиться репортером. Волчья работа, тяжкая жизнь - ноги кормят, а они, знаете ли, не казенные. Зато хотят заниматься "пиаром и рекламой" и очень удивляются, узнав, что эти отделы к редакции не относятся. Как так? Почему?

"Неохота во всем этом сифилисе разбираться и по больницам мотаться", - заявила будущая звезда журналистики, отвергая предложение стать медицинским обозревателем. Большинство выпускников журфака желает писать лишь о модных масскультурных событиях, больших корпорациях и всячески окучивать luxury-сегмент потребительского рынка. Отчаянные попытки одного из изданий набрать штатных авторов в научное приложение, несмотря на постоянное повышение предлагаемой зарплаты и облегчение условий труда, продолжались полтора года и завершились ничем.

Но и в мире гламура их не ждут. "Мы не знаем, чему их там учат, - сетуют в модном журнале, - но не умеют они абсолютно ничего. Не умеют писать, не умеют звонить, не умеют брать интервью, общее развитие на уровне жителя Висконсина. Это, конечно, можно сказать почти про любого сегодняшнего выпускника, но у остальных хотя бы нет журналистских амбиций. Они закончили свой педагогический, начитались Довлатова и приходят готовые к тому, что придется чему-то учиться. А выпускники журфака с этой мыслью примириться не в состоянии". Для них сюрпризом оказывается необходимость не только добывать информацию и брать интервью, но даже искать контактные телефоны, пробиваться через секретарей ньюсмейкеров и т. д. (особенно ярко это проявляется при необходимости взаимодействовать с государственными структурами). Молодые журналисты раздражаются, хамят ни в чем не повинным секретаршам, которые воспринимают это как оскорбление священной для них корпорации и тут же заносят соответствующее издание в черный список. Редактору спокойнее отправить на задание перегруженного, но проверенного репортера, чем маяться с новичком. "Полное неумение адекватно общаться с любым необходимым человеком - от министра до алкоголика, а ведь это едва ли не главное в журналистской профессии, - вздыхал натерпевшийся коллега. - Причем виноват у них кто угодно, кроме них самих: по указанному телефону 'никто не подходит', а добыть какой-нибудь другой телефон, к которому подойдут, пусть даже мобильный, им просто лень, в самом процессе поисков информации им видится что-то глубоко унизительное". Пора выпускать журналистов, специализированных в определенных областях: политике, экономике, культуре, модном сервисе, спорте. Специалиста легче научить писать, чем журналисту объяснить специфику, - таково солидарное редакторское мнение.

Но совсем не оно уже делает погоду.


Рука рынка

Пару лет назад приятель-буржуй, торгующий мебелью, попросил меня помочь ему раскрутить новый бренд модного итальянского дизайнера. Коли дело в модности, то схема стандартная: устраиваешь выставку с пресс-коктейлем - и вперед. Дальше уже как бог даст, но без пресс-коктейля в наше время никуда.

Пресс-коктейль тем отличается от любого другого, что помимо закуски и выпивки на нем подают бумажки - релизы, сообщающие журналистам, какую немыслимую красоту они сподобились увидеть. Этот пресс-релиз я по дружбе и написал минут за пятнадцать.

Выставка состоялась, тарталетки были съедены, бумажки вручены. Прошло несколько месяцев, и счастливый, сияющий приятель возник на пороге моей квартиры с кипой газет и журналов под мышкой. Я принял их с благодарностью и твердой убежденностью, что, не читая, снесу на помойку. Но, открыв одно издание, потрясенный, заглянул во второе, в третье, в десятое... Они были такие разные и такие одинаковые: для умных и глупых, богатых и бедных, старых и молодых, на убогой газетной бумаге и сверкающие, пленительные. Но буквально во всех была моя анонимная писулька, воспроизведенная трепетно, как церковный канон. Лишь в трех, кажется, случаях великий релиз был ну очень слегка переработан.

Все СМИ, как известно, приступают к своей деятельности с маркетингового исследования, с определения целевой аудитории. Для кого, так сказать, пишем? Пустой, ничтожный, бессодержательный вопрос. Есть релиз, есть фуршет и есть издание, а задача работника, нанятого за тысячу уев в месяц, умело соединить эти три реальности. Он приходит на коктейль, съедает тарталетку, берет бумажку и - с Парфеновым в голове и Тиной Канделаки в сердце - бережно вручает ее компьютеру. Все. Такой высокооплачиваемый курьер. Кто его породил - современные СМИ, рынок с его потребностями или журфак, поставляющий ежегодно стране самых квалифицированных специалистов с "великолепным общегуманитарным образованием"?

Право слово, опять непонятно, что было в начале - курица или яйцо.
Просмотров: 5324 | 9 октября 2013
Математика ← Устный счёт
Женщины на заводе составляют 35% всего количества рабочих завода. Женщин – 175. Количество рабочих завода:



Обратная связь

© 2008-2017. «4ЕГЭ»
Если нашли ошибку в тексте, выделите
её и нажмите Ctrl+Enter.